- А что значит: не имел недостатка в предупреждении
и указании? - спросил Алеша.
- А в этом-то и состоит главное, что старику надо
высказать,
(Страшный и умный дух, дух самоуничтожения и небы-
тия,- продолжает старик,- великий дух говорил с Тобой в
пустыне, и нам передано в книгах, что он будто бы (иску-
шал) Тебя. Так ли это? И можно ли было сказать хоть что-
нибудь истиннее того, что он возвестил Тебе в трех вопро-
сах, и что Ты отверг, и что в книгах названо (искушения-
ми)? А между тем если было когда-нибудь на земле совер-
шено настоящее громовое чудо, то это в тот день, в день
этих трех искушений. Именно в появлении этих трех во-
просов и заключалось чудо. Если бы возможно было по-
мыслить, лишь для пробы и для примера, что три эти во-
проса страшного духа бесследно утрачены в книгах и что
их надо восстановить, вновь придумать и сочинить, чтоб
внести опять в книги, и для этого собрать всех мудрецов
земных - правителей, первосвященников, ученых, фило-
софов, поэтов - и задать им задачу: придумайте, сочините
три вопроса, но такие, которые мало того, что соответ-
ствовали бы размеру события, но и выражали бы сверх то-
го, в трех словах, в трех только фразах человеческих, всю
будущую историю мира и человечества,- то думаешь ли
Ты, что вся премудрость земли, вместе соединившаяся,
могла бы придумать хоть что-нибудь подобное по силе и
по глубине тем трем вопросам, которые действительно бы-
ли предложены Тебе тогда могучим и умным духом в пус-
тыне? Уж по одним вопросам этим, лишь по чуду их появ-
ления, можно понимать, что имеешь дело не с человече-
ским текущим умом, а с вековечным и абсолютным. Ибо в
этих трех вопросах как бы совокуплена в одно целое и
предсказана вся дальнейшая история человеческая и явле-
ны три образа, в которых сойдутся все неразрешимые ис-
торические противоречия человеческой природы на всей
земле. Тогда это не могло быть еще так видно, ибо будущее
было неведомо, но теперь, когда прошло пятнадцать ве-
ков, мы видим, что все в этих трех вопросах до того угада-
но и предсказано и до того оправдалось, что прибавить к
ним или убавить от них ничего нельзя более.
Реши же Сам, кто был прав: Ты или тот, который тогда
вопрошал Тебя? Вспомни первый вопрос; хоть и не бук-
вально, но смысл его тот: (Ты хочешь идти в мир и идешь с
голыми руками, с каким-то обетом свободы, которого они,
в простоте своей и в прирожденном бесчинстве своем, не
могут и осмыслить, которого боятся они и страшатся,- ибо
ничего и никогда не было для человека и для человеческо-
го общества невыносимее свободы! А видишь ли сии кам-
ни в этой нагой раскаленной пустыне? Обрати их в хлебы,
и за Тобой побежит человечество как стадо, благодарное и
послушное, хотя и вечно трепещущее, что Ты отымешь ру-